пятница, 13 января 2012 г.

о. ВАСИЛИЙ БОРИН (восп дух чада)

http://af0n.ru/Afon-palomnichestvo.Pravoslavnyj-SPb.ZHizn-otca-Vasiliya-Borina-1994-pravednika-ekzorcista-bezkrovnogo-muchenika-negodnogo-popa


СЛОВО СТАЛО СВОИМ

Протоиерей Василий БОРИН († 1994) служил настоятелем церкви святого пророка Илии в эстонском поселке Васьк-Нарва, расположенном в 25 км от Пюхтицкого монастыря на берегу Чудского озера. Батюшка был известен тем, что в богоборческие советские времена отчитывал страждущих от нечистых духов.
Об отце Василии я впервые услышал в 1985 году. К тому времени у меня накопилось много вопросов об экзорцизме, и, получив адрес, я поехал в Васьк-Нарву. Сразу попал на отчитку, и увиденное произвело на меня такое сильное впечатление, что я дал себе слово вернуться сюда вновь в отпуск, потрудиться (на восстановлении обители) и задать вопросы, которые меня волновали. Так и сложилось. Познакомившись с отцом Василием, я стал приезжать к нему по несколько раз в год. Проводил там половину отпуска, трудясь на послушаниях и духовно окормляясь.
Со слов отца Василия я знаю, что он рано женился, странствовал с семьей, хотел юродствовать, но духовник (отец Симеон из Печор) его не благословил, сказав, что у него другой дар - пастырства. В семинарию он поступил поздно, начал служить в Псковской епархии.
Через какое-то время ему был голос, сказавший, что он должен восстанавливать церковь в Сыренце. Благочинным Тартуского округа был тогда протоиерей Алексей Ридигер, будущий Патриарх. Встретившись с ним, отец Василий рассказал о случае с ним. «Это местечко в моем округе, поселок Васьк-Нарва на берегу Чудского озера, бывший Сыренец. Там есть разрушенный храм Ильи пророка». (Как раз в Сыренце из Чудского озера вытекает на север к Балтийскому морю - река Нарова. На другом берегу Наровы - уже русская деревня Скамья, тут теперь проходит граница России с Эстонией).
Некогда это был большой рыболовецкий поселок, а в последнее время людей жило немного. Когда отец Василий появился там, местные жители сказали ему: «Ты уезжай, батюшка: тут живет молодая женщина, которая занимается колдовством. Уже извела нескольких людей, не даст покоя и тебе». И действительно, колдунья пришла, принесла молоко (заговоренное): «Испей, батюшка».
А надо сказать, что отец Василий с особым благовением относился к Кресту, к правильному наложению крестного знамения, всегда со слезами пел тропарь Честному и Животворящему Кресту Господню. Ему была открыта сила этого оружия нашего спасения, поэтому он печалился, когда люди небрежно накладывали на себя крест, делал замечания об этом. Так и в этот раз, приняв молоко колдуньи он благословил его: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь», и выпил у нее на глазах. Так повторялось несколько раз. Тогда колдунья сама уехала из тех мест.

Церковь пророка Илии пророка была построена в XIX веке. Когда батюшка прибыл, она была разрушена. Отец Василий взялся восстанавливать храм. На отчитки к нему приезжало немало людей, многие исцелялись, средства у прихода были. Можно было нанять строителей, но отец Василий считал, что церковь должна восстанавливаться руками болящих. Среди них были и архитекторы, и художники, и строители. (Но были и отдельные наемные мастера, когда не хватало добровольцев-профессионалов). Вокруг церкви было много помещений и сарайчиков, где останавливались люди (власти не разрешали строить новые дома, - так о.Василий строил "гаражи", "хозяйственные постройки", в которых везде жили приезжие паломники, даже на чердаках. Так что часто на небольшой прилегающей территории храма размещалось до 150-200 "насельников" - прим.Паломника).
Болящие ехали отовсюду, со всего Советского Союза. По-разному Господь призывал людей и направлял к батюшке. Очень много бывало людей из Лининграда. Приехать тогда в Васькнарву было в некотором смысле подвигом. И милиция делала рейды часто, и КГБ, - проверяли документы, записывали паспортные данные. Местные жители часто доносили, что здесь собираются сумасшедшие. Писали в разные инстанции, хотя никому мы не мешали, церковная территория была обнесена оградой. Так враг действовал. Но отец Василий не боялся никого.

Бес изгоняется постом и молитвой. Это лежало в основании жизни прихода отца Василия. Богослужение было неспешное, уставное. Там всегда была атмосфера Великого поста, глубокого покаяния, что давало духовные силы на целый год. (Для сравнения, в Пюхтице душа приобщается пасхальной радости, Светлого Христова Воскресения). Пища была очень простая, скудная (но голодным никто не оставался), а трудиться приходилось много (и стоило потрудиться один день, как пища становилась очень вкусной). Как только приезжаешь - холоден ты или голоден - сразу идешь на послушание (т.е. специально только-что прибывших не угощали).
Отец Василий старался привести людей к Богу через покаяние и смирение. Порою юродствовал с вновь приехавшим человеком, мог сказать: «Ой, Марина, не разбойница ли ты? Наверняка в шайке какой-нибудь состоишь…», или что-нибудь в этом роде. Человек смущался, конечно. Так он проверял смирение. (Еще испытал и такой прием о.Василия: вдруг очень похвалит тебя, и если ответишь как-либо, то он скажет: "Вот и погордился". На подобные хвальбы - надо молчать, понимая, что они не имеют к тебе никакого отношения (а отказ, отнекивание - признак внутреннего приятия похвалы). Прим.Паломника)
Мог обличить человека, который жертвовал деньги, внутренне тщеславясь или с небрежностью, словно делая одолжение. Он никогда не брал таких денег. Мог накричать, даже швырнуть их назад (но обычно говорил, чтобы опускали деньги в храмовые ящики для пожертвований, - тайно надо благотворить, а Бог все знает, и воздаст жертвователям). Обличал человека в присутствии других, чтобы сбить с него спесь. Кто действительно нуждался в помощи, те оставались. Ведь в этом - тоже послушание.

Увы, многие привыкли считать, что послушание - это насилие над личностью. А на самом деле это совсем другое. При послушании мы добровольно признаем, что наш опыт меньше, чем опыт другого человека, родителя, старшего друга. Послушание рождается из доверия и любви. Если человек говорит: не надо этого делать, можно его и не послушать, а если у меня есть к нему доверие и любовь, я послушаю его и не совершу ошибку, от которой он меня предостерег. Через послушание мы впитываем опыт мудрых, чтобы потом хоть чуть-чуть приблизиться к их мере, возрасти.
Учитывая, что отцу Василию приходилось иметь дело с таким непростым народом, как бесноватые, без послушания никак было не обойтись. Со стороны могло показаться, что таким обращением пастырь теряет паству. Приняли кого-то неласково, он мог обидеться и уехать. А кто-то - оставался.
Надо сказать, что батюшка сам давал пример смирения. Иногда бесы пытались через людей смутить его: «Ты, отец Василий, известный человек…», - «Да я негодный попишко, но тебя все равно выгоню». Часто уничижал себя перед всеми: «Да я семинарию-то с грехом пополам закончил».

Когда приезжал священник, отец Василий обязательно исповедовался ему. Это очень важно, потому что причащаются священники часто, а исповедуются редко. Это наносит ущерб духовной жизни батюшек. Его не смущало, что он, известный старец, исповедуется вчерашнему семинаристу.
Когда отец Василий отчитывал, то дозволял приезжающим священникам читать некоторые заклинательные молитвы. Когда я спросил, зачем он это делает, батюшка сказал: «Чтобы они почувствовали, какая сила стоит против них». Ни для кого это не проходило безследно. Бесы мстили. И человек, особенно если он был горделив, реально ощущал различные нападения бесовских сил. (Жил как-то долго у о.Василия священник, получивший в миру "легкого" беса (проявлялся этот бес лишь в том, что страждущий священник лаял в алтаре - и конечно он не мог служить). Так вот этого очень смирившегося священника о.Василий неоднократно приводил всем в пример, как трудолюбивого кровельщика, обличая попутно обыкновенных батюшек-гостей, уже "не способных" к физическому труду и подобным послушаниям.)

На отца Василия нападения были и физические. Несколько раз бесноватые пытались его убить. Избивали и бесы (этого удостаиваются лишь немногие подвижники, особо ненавистные темным силам, что свидетельствует о духовном уровне и силе о.Василия).
На проповедях он приводил примеры из Патериков, тогда духовной литературы было крайне мало, и было очень интересно слушать. Приводил примеры из собственной жизни. Обличал грех, ведь очень часто люди становятся бесноватыми по своим грехам, по грехам родителей. Но заканчивал всегда словами: «Деточки мои милые, голубушки, я ведь вас жалею, поэтому и обличаю».
Исповедовал батюшка очень мягко, с большой любовью, несмотря на всю свою строгость. Люди не боялись ему исповедоваться.
Отец Василий был очень простым и открытым. Проповеди говорил длинные, но в обычном разговоре был краток. Был не ученым богословом, а простецом.
И советы давал простые, но мудрые. Когда игуменью Пюхтицкого монастыря матушку Варвару должны были положить на операцию, она спросила совета у отца Василия: «Как быть батюшка, соглашаться или нет? Может, я умру, а надо восстанавливать монастырь…» - «Варварушка, да если ты Богу нужна в монастыре, так не помрешь, а если не нужна, так и без операции помрешь. Поезжай на операцию».
Такое и было у него рассуждение: простое и правильное.

Отчитки порою затягивались часов до пяти утра (а начинались поздним вечером, когда уже было темно). Поначалу бывало страшновато. Когда обычный человек, которого ты видел днем, вдруг зарычит или захрюкает и взгляд его станет страшен…
Однажды приехала одна семья. Отец богатырского телосложения с такими же крупными дочерьми. Во время совершения чина бесо-изгнания священник окропляет страждущих святой водой. Я стоял неподалеку от этих людей и видел, что после того, как капли святой воды упали на лицо одной из дочерей, она присела, словно от удара, отшатнулась, не удержалась на ногах и упала. Ее подняли, и я увидел ее лицо: горящие нечеловеческой злобой глаза, выражение лица - жуткое. Батюшка спросил ее отца: «Вы в церковь-то не ходите, наверное, молитвослов или Евангелие есть в доме?» Тот ответил, что жена против Церкви и хотела выбросить Библию, а ему стало жалко, и он закрыл книгу в комнате, где жила эта бесноватая. Она это услышала и говорит громоподобным голосом, тыча пальцем в меня: «А, теперь я поняла, почему мне плохо. Евангелие - это гроб, гроб». Я человек не робкий, но от страха даже обмер, потому что вижу: она способна на что угодно. А батюшка спокойно говорит: «Это для тебя, бес, гроб, а для нас - спасение. Выйдешь, выйдешь». Она постепенно успокоилась. Я видел ее еще несколько раз, уже разумную, спокойную, молящуюся. В этом случае оказалось достаточно одной отчитки.
Никогда батюшка не отказывался выезжать в различные города служить молебны в местах, стужаемых от нечистых духов. Хотя в те времена совершать требы вне Церкви было запрещено властями.

Отец Василий был очень рачительным хозяином. Теперь, став настоятелем и строителем храма, я это очень хорошо начал понимать. Если видел где-нибудь оставленные гвозди, веревки - он все собирал, ведь это было приобретено на деньги людей, отданные Богу.
Бывал недоволен, если без причин ломали ветки деревьев, рвали цветочки. «Вы же не сажали их, зачем сорвали? Они для всех растут»...
Батюшка очень горячо и искренне служил Богу. Хоть не было у него ни особого голоса, ни слуха, это был небольшого роста старичок, но во время богослужения он совершенно преображался, становясь другим человеком, словно неземным. Один человек рассказывал, что ему показалось, будто у отца Василия большая белая окладистая борода, а когда подошел после богослужения, то оказалось, что она реденькая.
Его молитва была очень сильна. Он не торопился отвечать на множество вопросов, которые ему задавали, а по каждому делу испрашивал ответа у Господа. Был сильным молитвенником и рано или поздно получал ответ от Бога.
Однажды, в засушливое лето, когда отец Василий был уже сильно болен и другой священник служил водосвятный молебен, но безуспешно, батюшка вышел из келейки и слезно взмолился. Дождь пошел сразу.

Когда строилась церковь, ему говорили: «Отец Василий, вот вы строите, а умрете, никто же сюда ездить не будет». Место-то очень удаленное. Он отвечал: «Здесь монастырь будет». В то время в это верилось с трудом. После его смерти слова эти не сбылись. Но в мой последний приезд в Пюхтицу я заехал и в Васкнарву. Очень хотелось послужить там, ведь когда я приезжал к отцу Василию, то был еще мирянином. Что вы думаете, нас встретил инок… Не исключено, что со временем, здесь устроится монастырь (и впоследствии обитель стала Ильинским скитом Пюхтицкого монастыря, в 2005 году там было 10 насельниц, в 2010 - восемь).
Одной рабе Божией батюшка сказал: «Я умру, но ты не уезжай, бес из тебя выйдет». Женщина осталась, исцелилась, приняла постриг и живет сейчас там.
Ему было присуще юродство. Иногда говорил: «Скоро я в Америку поеду». Это было непонятно, но сестры пюхтицкие сказали, что сейчас в США, действительно, вышла книга о батюшке. Так что добрался он и до Америки.
На портрете, который хранится у меня, отец Василий сфотографирован с посохом. Но он - белый священник, не должно у него быть посоха… (Видно, что фотография сделана в Пюхтицком монастыре. Возможно, что его просто попросили так сфотографироваться, а он по смирению согласился)
Но рассказали мне такую историю. Одна женщина, которая ездила к отцу Василию, в день его смерти во сне услышала голос: «Игумен преставился». Стала узнавать, не умер ли какой-нибудь игумен. А потом ей стала известна дата смерти отца Василия. Быть может, он и в самом деле в каком-то смысле игумен. Ведь основатель будущего монастыря в Васк-Нарве - он, может, и сегодня уже каким-то образом управляет им.

Отец Василий учил, что нечистую силу можно называть только так, как в Священном Писании: «бес», «сатана». Не разрешал употреблять распространенное короткое слово, начинающееся с буквы «ч». Даже колдуны избегают произносить это слово, так как оно является прямым призыванием нечистого духа для общения с ним.
Бесноватые и сейчас никуда не делись. Бывает, в церкви закричит кто-нибудь нечеловеческим голосом. Прихожане пугаются, стараются отойти. Отец Василий говорил об этом: «Не бойтесь, это не грипп, не заразитесь. Не перейдет к вам бес».
Священников, совершающих чин бесоизгнания, мало. Это очень тяжкий крест. Поэтому меня особенно поразила книга профессора А.И.Осипова «Путь разума в поисках истины», в которой экзорцизм включен в главу «язычество». Алексей Ильич Осипов считает, что в Русской Православной Церкви не было традиции бесоизгнания, святые изгоняли бесов кратким молитвословием. Из уст профессора Духовной Академии, находящейся в Троице-Сергиевой лавре, это узнавать особенно удивительно. Ведь житие святого преподобного Сергия Радонежского описывает нам, по крайней мере, два случая бесоизгнания. Например, чтобы освободить одного страждущего купца, преподобный со всей братией молился полдня. Профессор А.И.Осипов основывается на том, что заклинательные молитвы читаются над человеком еще во время таинства Крещения (и уже не нужны более). Но и елеопомазание совершается при Крешении (в виде "миропомазания"), и мы же не отменяем елеопомазывания на полиелее и на соборовании. Следуя логике профессора А.И.Осипова, - жизнь отца Василия, те тридцать лет, которые он избавлял страждущих - прожиты зря? А ведь экзорцизм считают безкровным мученичеством…
† † †
Очень жалею, что не удалось увидеть отца Василия перед смертью. Последний раз я приехал с родными, по их просьбе. Собирались прожить две недели, а через неделю засобирались назад: не переставали дожди, дети плакали… «Не уезжай, - сказал отец Василий, - ты ведь пожалеешь». Я уже сразу жалел, но противостоять всей семье оказалось невозможно...
Когда находишься рядом с человеком, надеешься, что завтра спросишь его о том, о другом. А уходит человек - и уже не спросить. Но со временем понимаешь, сколь много он в тебя вложил. Вдруг ловишь себя на том, что говоришь словами своего духовника, совершаешь поступки, навеянные его примером. Его слово, его дело уже вошло в плоть и кровь, стало своим.

Отец духовный - СЛОВО СТАЛО СВОИМ - Протоиерей Василий БОРИН († 1994)
Воспоминаниями о своем духовном отце делится петербургский священник Сергий БЕЛЬКОВ.
"Православный Санкт-Петербург" № 11 (102), ноябрь 2000 года - pravpiter.ru/pspb/n102/ta022.htm




БИОГРАФИЯ протоиерея Василия (Борина)


В 1969 году настоятелем Свято-Ильинской церкви деревни Васькнарва был назначен настоятель двух других храмов в эстонских деревнях Алайыэ и Лохусу - отец Василий Борин, верный раб Божий, ревностный служитель, неутомимый строитель, грозный бесов обличитель и безбоязненный обличитель безбожия.
Родился отец Василий 15.02.1917 в деревне Городище Печорского края. Старший сын многодетного крестьянина, осиротев в четырнадцать лет, надел Василий отцовскую рубаху и стал хозяином. С детства был научен молитве, любил церковные Богослужения так, что на праздники ходил пешком за двенадцать верст в Псково-Печорский монастырь.
В 19 лет Василий женился на купеческой дочке из деревни Лисья, она родила ему первенца, который сразу же умер, и трех девочек (впоследствии семья батюшки стала жить отдельно, в Тарту, так что фактически о.Василий стал монахом).
В 1938 году он был призван в эстонскую армию и дослужился до капрала. В 1940 году — раскулачен советской властью. Скрывался в лесу. Во время войны был мобилизован в немецкую армию, однако присягу Василий Борин не принимал и оружия не брал (не мог стрелять в своих). Служил механиком и шофером. При отступлении войск Вермахта он организовал партизанский отряд, который слился с советской армией. Не раз Василий был приговорен к смерти и веден на расстрел, но Бог хранил Своего угодника. Как добросовестному труженику, колхозные власти предложили ему вступить в коммунистическую партию, на что будущий священник ответил: «Вот моя партия!» и перекрестился.
В 1951 году он поступил в Санкт-Петербургскую Духовную Семинарию и уже через год был рукоположен во иерея. Духовно окормлялся клирик Псковской епархии у Печорского старца иеросхимонаха Симеона († 1960), который и благословил его «отчитывать» бесноватых.
«Отчитка» — это экзорцизм, то есть чин молитвословий и священнодействий для изгнания злого духа из человека, либо из животного, либо с определенного места. Он известен с апостольских времен: «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их...» (Мф. 10,1). По церковной традиции, на совершении этого чина испрашивалось особое благословения священноначалия. Митрополит Алексий (будущий Патриарх Московский и всея Руси Алексий II) благословил протоиерея Василия на это многотрудное дело.
С начала 1970-х годов в Васькнарву начали стекаться множество людей, больных телесно и душевно, которым врачи уже не могли помочь и которым оставалось уповать только на милость Божию и молитвы священника Василия. В то время на весь СССР отчитывали лишь несколько священников.
Поэтому страждущие приезжали в Васкнарву даже с Дальнего Востока и из Средней Азии, некоторые оставались надолго или насовсем. Если и не все получали исцеление, но все были наставляемы батюшкой, как жить благочестиво в Православной вере, чтобы спасти свою безсмертную душу...
Приезжие "паломники" трудились своими руками на восстановлении храма. Батюшка Василий строил временное жилье и подсобные помещения для притекающих к нему людей, жаждущих изцеления или укрепления веры.
В воскресение 15 октября 1978 года, митрополит Таллиннский и Эстонский Алексий (будущий патриарх), освятил во имя пророка Божия Илии престол главного придела восстанавливаемого храма и совершил первую Божественную литургию. В дальнейшем были восстановлены и два других придела, но престол освящен только в Никольском приделе. 2 августа 2005 года в Васькнарве в Ильинском уже скиту Пюхтицкого монастыря был освящен правый придел храма - в честь Иоанна Крестителя (митрополитом Таллинским и всея Эстонии Корнилием).
Эстонские власти активно препятствовали строительству, требовали несуществующие документы и проекты от настоятеля. Позже отец Василий говорил о них: «Сменили красные рубахи на синие». Милиция делала облавы для проверки документов у паломников и труждающихся Христа ради, и некоторых арестовывала. На вопрос: «Кто эти люди и кто ими здесь управляет?» отец Василий юродствовал: «Управляет здесь пророк Илия, а это — такие же дураки, как и я». Посмотреть на чудо приезжали и другие гости. Однажды сразу шесть архиереев во главе с владыкой Алексием (Ридигером) посетили Свято-Ильииский храм в деревне Васькнарва.
До апреля 1992 года, пока тяжелая болезнь не приковала отца Василия к постели, он не знал ни отдыха, ни отпуска. Ежедневно возглавлял утренние и вечерние молебны и литии, каждое Воскресенье и Великие Праздники он служил Всенощную и Божественную литургию, при этом исповедовал и причащал по 200 - 250 человек. Часто Богослужения дополнялись многочасовой горячей проповедью. Лишь иногда ему помогал какой-нибудь приезжий священник. Отчитки бывали обычно лишь раз в неделю, но продолжались всю ночь до утра. Всем приезжающим находилось место на ночлег и на трапезе...
После закрытия границы после развала СССР приезд паломников в Эстонию почти прекратился, но тяжелобольной батюшка уже не отчитывал. В ограде его обители оставалось несколько десятков человек. Два с половиной года богослужения совершали приезжающие священники. После отшествия старца ко Господу, на месте его подвигов, у его честной могилы, рядом с алтарем восстановленного им храма, остались жить около десятка духовных чад батюшки...
Духовные чада священника Василия поставили на могилке своего батюшки крест с надписью: Митрофорный протоиерей Василий Борин 15.02.1917 – 27.12.1994
В сентябре 2002 года, по ходатайству митрополита Корнилия, Ильинский храм в Васкнарве, указом Святейшего Патриарха Алексия, был обращен в монастырский скит и передан затем Пюхтицкому монастырю...

Иеромонах Андрей (Иванов) - Возрождение святыни земли Эстонской
(здесь, на af0n.ru/node/638 - в сокращении)
Православие Ru - Встреча с Православием / Святые и святыни
16 ноября 2005 года - pravoslavie.ru/put/1951.htm




ДОБАВКА от Паломника - О протоиерее Василии (Борине)


Когда война будет? - Она идет давно уже... – с Богом (против Бога)!
о.Василий (Борин)
Читая в молодости владыку Антония (Сурожского), запомнил одно место у него: "Не может человек истинно уверовать в Господа, пока не увидит свет христовой любви в глазах другого человека" (сильная мысль такая, привожу по памяти)..
И вот стал для меня именно таким человеком - замечательный подвижник и русский человек, протоиерей Василий (Борин), простой священник из крестьян, жизнь свою положивший пред Господом.
Помню Пасхальную ночную службу (1979 год, только что был крещен, - в Чистый Четверг).
Тихо, торжественно.
Земля вокруг чужая, камни, груды обломков кирпичей, большие кладбищенские деревья, чужая, холодная мало-русская сторона.
И вот группа людей, - крестный ход, - собрались, оказались вместе в этом неуютном месте на чужбине, - идем со свечками.
И незабываемо, когда эту тишину разрывает великий и чудесно-прекрасный возглас священника, настоящего раба Божьего из глубины верующего сердца:
"Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав...
Да воскреснет Бог, и расточатся врази Его, и да бежат от Лица Его ненавидящий Его!
Яко исчезает дым, да исчезнут, яко тает воск от лица огня,
тако да погибнут грешницы от Лица Божия, а праведницы да возвеселятся..."
В белом облачении, с великой преданностью Богу и мощью веры русского простого мужика-богомольца, очень искренне, серьезно, торжественно... Великие минуты...
Никакой фальши, глубочайшая вера и упование на Господа...
У меня в те дни совершенно устранились какие-либо сомнения в бытии Бога. Невозможно было не поверить вере этого человека, и не потянуться за ним душою. На Страстной седмице, в Чистый Четверг, крестил меня о.Василий Святым Православным Крещением, и сам стал крестным моим дорогим отцом. Прожил я тогда там полтора месяца, навсегда сохранив в своем сердце эту тихую возвышенную жизнь во Славу Божию руского простеца-подвижника с разномастной уБогой паствой (из болящих, страждущих и исцеленных, - местных жителей практически не было на службах) в странных этих эстонско-русских краях.
Отчитки (экзорцизм, изгнание бесов) он проводил редко, не чаще 1 раза в неделю или даже в месяц (дождавшись отчитки, - четверть, или даже треть, "насельников" обители уезжали, получив, наконец, желаемую "процедуру"). Считал, что гораздо полезнее пожить людям в обители, узнать для чего человек живет на земле, потрудиться на восстановлении обители (ведь в сытное советское время многие совсем отвыкли от физического труда, очень важного и для духовного здоровья). Причем о.Василий, уже восстановивший много храмов (7-8), мог и этот храм восстановить очень быстро. Но он намеренно этого не делал. Ибо важно было,- как он понял в Васькнарве, - не камни воздвигать, а людей спасать. И потому проповедовал от 1-2 до 5-8 часов (без "отдыха", прерывая в известные места церковную службу), - и жег глаголом сердца людей!

Много проповедывал батюшка, бывало, что и 8-и часовые проповеди вклинивал в службу. И было интересно слушать, ноги не уставали, внимание было. Хотя нередко и повторялись истории. Рассказывал о.Василий случаи из своей жизни, из жизни святых, и о Христе...
Конечно, невозможно передать на бумаге "аромат", силу слов батюшки. Как можно было, не уставая, внимать батюшке много часов подряд? - А время летело незаметно. Причем, рассказывая истории древних патериков, о.Василий всегда это делал так живо и жизненно, как будто это все происходило где-нибудь на Псковщине и в самое недавнее время. И если и не с ним, но знал то он все об этом в точности...
Умел при этом, время от времени, и встряхивать паству, например так:
Проповедь вдруг мягко перетекает в историю про двух собачек:
- И вот идут эти 2 собачки по бревнышку через реку...
- И вдруг первая собачка оступается!..
(Пауза, все напряглись, внимательно ожидая продолжения)
- Что интересно, что с собачкой стало?
- Эх! А что с душею нашей делается - неинтересно, неважно?..
И опять текут одна за другою истории про наших православных чутких людей, святых по упованию, не прикипевшим душей к этому миру, а потянувшимися, следуя зову сердца, - за Христом, за Господом, взыскуя небесного града...
В другой раз вдруг я чуть не вздрогнул, - в проповеди громко прозвенела неожиданная фраза:
- Спасибо товарищу Сталину!
И пауза... Все замерли в изумлении, не зная, что за этим последует...
- Было у меня две молотилки, хозяйство большое, все было...
- И все он у меня отнял!
- И я пошел служить Богу, стал священником!
Вздох облегчения. Ну это ж понятно, это по-христиански...

Человеком он был очень деятельным. Восстановил, будучи священником, несколько (если не ошибаюсь - 7 или 8) разрушенных храмов. (И служил одновременно на 3-х приходах (сначала в одном, потом в другом, потом в 3-ем), так что следуя за ним, мы (не все, человек 10-20) многократно участвовали в церковных праздниках в соседних деревнях, "усугубляя" священный момент). Но и ранее не мог он сидеть "сложа руки", - будущий отец Василий всегда любил механизмы, был человеком рачительным и любящим все делать наиправильнейшим образом...
Вот пример "бизнеса". Занял он как-то денег у эстонца, купил молотилку, обещая после урожая отдать. Так все и вышло, едет он в город долг отдавать, и вот неожиданно вдруг видит Василий - на базаре старинные книги продают на самокрутки, как бумагу. Подошел, видит - книги богослужебные.
- А еще есть? - Есть, много, в сарае лежат!
Пришли, книг божественных было аж два (или более?) мешка, видно из разоренного монастыря.
Не мог этого стерпеть отец Василий, - чтобы такое истинное богатство погибало.
- А, - была, не была! Покупаю!..
Пришлось заплатить за них чуть ли не все приготовленные для отдачи долга деньги (или, скорее всего, - все. Ведь как в таких случаях бывает, - просят именно ту сумму, которая и есть в наличии, - рука Божия, вот она!).
Приходит он виновато к кредитору и просит потерпеть долг до следующего урожая. Однако эстонец, узнав, куда ушли деньги, - простил рабу Божиему долг - ради Господа, которому захотел и сам послужить таким образом. Так рука Божия вела о.Василия по жизни. (И сейчас Бог тот-же, - нельзя унывать!)

В ВОВ (Великую Отечественную Войну 1941-1945 годов) стали призывать немцы в армию местное население Эстонии (и м.б. прилегающей "эстонской" Псковщины).
Василий приготовился пострадать:
- "Я в своих стрелять не буду! И присягу Гитлеру не подпишу!"
Однако односельчане как-то все устроили (сами подписались за него) и рассказали немцам, какой он классный механик. Ну и взяли его шофером на грузовик. И вот такой был случай:
Дали ему приказ. Доставить немецкого офицера ("фрица") с 2-я солдатами за 100 км куда-то в тех краях. Дорога плохая, в ямах и воронках, распутица.
Вскоре застряли. Пыхтит Василий, мудрит, как машину вытащить, а солдаты так в кузове и сидят, будто и дела им нет.
- Ну, - думает он, - раз так, вражье племя, покажу я вам!
- Буду я теперь машину и жизни жалеть! (в смысле - не буду, понятно дело)

И решил он угробить и немцев, и себя, и машину (хотя обычно технику любил и всегда обращался бережно с чудо-механизмами ХХ века).

И вот на полном газе, лаврируя между воронками, то съезжая вбок под откос (уклон), рискуя опрокинуться, а то мча прямо, не разбирая ничего на пути - что под колесами, - и при этом в полный голос пел, не переставая, из Библии:
"Погиба-ай душа моя с врага-ами моими!" (как возгласил Сампсон, когда обрушил здание и погубил себя вместе с многочисленными идолопоклонниками-филистимлянами).
Но Бог не попустил этому случиться, а ничего не понявший немецкий офицер (фриц, что скажешь), похвалил в конце пути "аса"-водителя (как он подумал): "Гут, гут - трайбер" (хороший шофер).

Духовником о.Василия был известный старец Симеон из Печор. И вот как-то едет о.Василий (Борин) по хозяйственным делам, и хочет купить билет в Тарту. А ему кассирша выдает билет до Печор Псковских. Как он ни возмущался, - она его как-бы и не слышала. Смирился о.Василий и поехал в Печоры, - забот всегда много и всегда он меж людей, а тут неожиданно, при весьма странных обстоятельствах, выпал случай наедине помолиться, послужить "единому на потребу"...
А приехал о.Василий, оказывается, - на отпевание своего духовного отца, старца, отца Симеона. И вспомнил батюшка Василий, что просил он духовника предупредить его, когда ему приехать попрощаться, если соберется старец Симеон в дальний путь. И старец его успокоил: - Вызову, мол, не переживай...
Вот таким таинственным образом вызов и случился.
Велики дела Твои, Господи!

Невозможно было не любить о.Василия, ибо сам он отдавал себя целиком Богу и людям, всех любя и жалея...
Просыпается как-то ночью о.Василий и видит: - стоит перед ним болящее чадо с ножом: - Ты что?
- Да убить тебя хотел.
- Так что ж не убил?
- Не могу, ты - добрый...

Много бесноватых всегда жили при храмах, где служил батюшка Василий.
"Отчитывал" он их, читая особые заклинательные молитвы по знаменитому требнику Петра Могилы, - на изгнание бесов из одержимых ими "болящих" людей (оказывается одержимые и бесноватые - это разное, читайте ниже).
Причем часто повторял, что нет пользы быстро избавиться от "квартиранта" и вернуться к прежней пустой - разгульной или "собирательно-накопительной" жизни. А живя тут в обители, чем-то похожей на монастырь, люди проходят важнейшую "академию", - учатся христовой науке, узнают, что есть духовная жизнь, и как спасать свои души. Великое дело!
Каждый день, в конце храмовой службы или вечернего правила, он примерно так молился коленопреклоненно:
О всеблаженная и пренепорочная,
Матерь Божия, Дева Мария,
пожалей нас грешных,
помоги нам,
умоли, упроси возлюбленного Сына своего единородного,
дабы Господь помиловал бы нас в сей краткой жизни
и простил бы грехи наши вольные и невольные,
и не вверг бы нас после смерти - во огнь вечный, - за беззакония наша...


В свое время была также выпущена небольшая хорошая книжка об отце Василии (Борине) в издательстве отца Артемия (Владимирова):
Отец Василий Борин. Сборник воспоминаний духовных чад.
Москва, Издательство Православного Братства Святителя Филарета Митрополита
Московского, 1997. (Серия: Подвижники благочестия).
Не нашел ее в сети (и фотография там хорошая на обложке - о.Василия Борина)...

Комментариев нет: